«Путевые заметки»

«ПУТЕВЫЕ ЗАМЕТКИ»апапа.png

Полет на АН-2

Exif_JPEG_420

В агентстве сказали, что не надо рано приезжать, вылет в 8-30 – не раньше 7-30. Я приехала, но регистрация началась в 8-20 только. Оказалось, что багаж сдавать не надо, надо его взвесить и забрать обратно. У меня перевес в 8 кг, доплачиваю в кассе и возвращаюсь, расписываюсь в какой-то бумаге, пассажиров очень мало. Жду еще в зоне досмотра с чемоданом, в котором лежат жидкости в емкостях, запрещенных для провоза. Но здесь не останавливают. Посадку не объявляют, просто какой-то парень в ярком жилете говорит – «Проходим на Зею!». Нас всего пятеро – еще две женщины и двое маленьких мальчиков. Нас везут к самолету, он маленький и старый.

Весело спрашиваю у сопровождающего: «Он крыльями не машет?».

IMG_20170703_083633.jpg

Он качает головой. Загружаем чемоданы, проходим в салон. Салон?! Примерно 12 мест, багаж здесь же, резкий запах плесени (потом мне сказали, что этот самолет раньше использовали в химпроме, поэтому еще не понятно, чем это так пахнет), семечки на сидушках, мошки и оводы. Пилота два, дверь в кабину они не закрывают. Пилот просит всех садиться вперед. Пытаюсь пристегнуться, но одна из застежек отваливается от ремня. В самолете ужасно жарко, на ум приходит сравнение с консервной банкой. Взлетаем, немного легче в воздухе, летим не очень высоко.

Как выяснилось, в воздухе были неполадки с самолетом и пилот хотел вернуться в Благовещенск, но потом то, что не открывалось, открылось и мы долетели до Свободного.

Самолет приземлился на гравийку – это взлетно-посадочная полоса. Выходим и ждем 20 минут, потом идем все в самолет – теперь пассажиров больше, они заняли все места. Багаж летит с нами, причем пилоты стараются его положить ближе к передней части, чтобы не нарушалась центровка аппарата. Т.е. сумки и чемоданы лежат в ногах, в проходах рядом с нами. В самолете еще жарче, спрашиваю, сколько лететь – пилот говорит, час пятнадцать. Я уже без энтузиазма говорю: «Мы же помрем здесь…». Он улыбается, пот с него просто льется, он снимает жилет.

Когда все загрузили, в самолете что-то не открывается, пилот матерится и просит открыть капот и «долбить».

Ничего не получается, пилот говорит, что еще в Благовещенске это началось. Спрашивает у дядьки, который летит без места в проходе между кабиной и «салоном», есть ли какие-то запасные части. Тот говорит, что есть, но это долго делать. Пилот говорит, что тогда надо менять самолет. Мы выходим, продираясь через чемоданы, на воздух. Возле капота самолета уже подставили высокую лесенку, на которой сидит мужик и что-то «долбит» молотком внутри. Это длится недолго, все заработало и снова грузимся в самолет. Наконец взлетаем, я думаю о том, что пилот, наверняка, опытный и не полетел бы, если бы был не уверен. Очень жарко, у детей красные лица, я убиваю овода, который жужжит на моем круглом стекле рядом. Думаю о том, а что, если мне станет плохо. Есть ли у них хотя бы какие-то салфетки и пакетики? Дядька без места сидит на железной жердочке, которая, видимо, специальный тормоз (ее вставляли возле штурвала после остановки). Под конец полета кто-то из детей начинает истошно вопить, бедный. Прилетели, сели на гравийку… Ура! Земля и воздух!! Еще никогда я не была так рада. Почти уверена, что обратно не полечу, а поеду с кем-нибудь на машине до Зеи. Хотя тоже по жаре и такой дороге – та еще перспектива, к тому же река может подняться.

«На краю государства»: экономика частного неформального
природопользования на Севере и Дальнем Востоке

Татьяна Журавская (июль 2017 года)